Лохов С.А. Святоотеческое учение о духовном теле

Статья посвящается К. Леонтьеву, человеку огромной духовной культуры русскому интеллектуалу и православному монаху.

Для христиан смерть – это катастрофа, деградация в нечеловеческое состояние. Поэтому первостепенной задачей, которая ставилась перед христианской мыслью, прежде всего в апологетических целях, – это необходимость теоретического обоснования Новозаветной проповеди о всеобщем воскресении мертвых не только душой, но и телом.

Критики христианского учения о воскресении указывали, что, во-первых, пример воскресения Иисуса Христа ничего не говорит о том, как будет происходить воскресение тел погребенных и истлевших. Ведь Тело воскресшего Иисуса Христа не подвергалось тлению. Пример восстания Иисуса Христа может только склонять к предположению, что люди, оставшиеся в живых ко времени Страшного Пришествия, сохранят свои собственные тела. Но что будет с теми телами, которые ко времени Второго Пришествия не сохранятся, которые рассеются по всему миру? И, во-вторых, т.к. материальная масса человеческого тела несколько раз обновляется в течение средней человеческой жизни, то остается непроясненным сам предмет воскресения. Какое же тело должно воскреснуть? Среди критиков учения о воскресении особенно выделялись гностики. Их критическая аргументация наиболее полно представлена полемикой Адаматия с вардесанитом Мариином[1].

В XX веке получает распространение еще одна теория воскресения, которая устраняет вышеуказанные трудности. Так, по мнению профессора В. Несмелова, человек в момент разрушения мира создаст себе «новое» тело своей собственной творческой силой. Тело это будет аналогично прежнему, хотя и станет превосходить его по своим качествам. Из какого материала оно будет составлено, этот вопрос не имеет значения: может в него войдут те элементы, которые были в земном теле, а может быть совершенно иные[2].

Антропологической предпосылкой в раскрытии догматического учения о воскресении тела для многих церковных писателей служит мысль о субстанциональном единстве души и тела, о том, что тело есть необходимый и целесообразно устроенный орган души. Так как душа бессмертна и смерть есть не что иное, как временное «отделение души от тела», своего органа, то воскресение нужно понимать, конечно, как «вторичное соединение души с телом» – для праведного мздовоздаяния в загробном мире. В этой связи примечателен трактат Тертуллиана «О воскресении плоти», в котором он учит, что человек воскреснет во всей своей целостности, той же плотью, которой обладал до смерти[3].

Представление о нетленности как сущностном свойстве человеческого тела возможно только при условии четкого различения тела от тления. В основе этого различения находится идея Божественного творения. Тело есть творение Бога, тогда как тление Бог не творил, оно возникает в результате грехопадения[4]. Отталкиваясь от этого положения  христианские мыслители вводят представление о духовном теле.

Основой для построения рассуждений о духовном теле является учение св. апостола Павла о воскрешении. Святой Апостол Павел в Первом Послании к Коринфянам подробно раскрывает идею воскресения мертвых. Так св. Апостол Павел говорит, что тленному сему надлежит облечься в нетление, …сеется тело душевное, восстает тело духовное» (1 Кор. 15, 42-44).

Одним из первых, кто обратил внимание на слова апостола Павла о духовном теле и попытался дать им толкование, был Ориген. Согласно учению Оригена, тело есть существенная необходимость природы человека. Человек хоть и умирает телом, но лишь для того, чтобы воскреснуть. По воскресении тело продолжает служить человеку. Воскрешается тело благодаря жизненной силе, потенции (ratio), которая заложена Богом в материю. Причем, воскрешается именно то тело, которое умирает[5]. Условием идентичности умерших тел и тел воскресения является наличие нетленного телесного облика, вида, или эйдоса, который является носителем качественной характеристики тела. Устойчивость телесного вида обеспечивает сохранение телесной идентичности, несмотря на постоянную смену материальной составляющей телесного организма. Однако, материальной тождественности между умершими телами и телами воскресения не будет. В связи с тем, что воскресение будет происходить в иных, отличных от земных условиях, которые определяются непосредственным присутствием Духа, субстанциональная основа тел (материя) качественно изменится. Тело воскресения – духовное тело будет обладать иными качествами: нетленностью, нерукотворностью, невидимостью. Изменение тела будет зависеть также от состояния души на момент смерти. Одни тела, воскресая, обретают силу и славу, другие – мучения. Иными словами, качественное состояние будущего тела воскресения зависит от качества жизни тела до смерти. Человек сам творит себе тело будущего воскресения.

Положение учения Оригена, говорящее, что воскреснет не совсем то тело, которое жило и умерло, а иное, хотя и идентичное ему по виду встречает резкую критику со стороны Св. Мефодия Олимпского[6]. Если восстанавливается иное тело, то тогда не понятен вообще смысл воскресения. Ведь воскресение это восстановление именно того, что умерло, истлело.

Если развивать вслед за св. Мефодием критику учения Оригена, то можно заметить, что в отношении плоти Ориген проявляет некоторую небрежность. Возможно, эта небрежность навеяна влиянием неоплатонизма. Но, скорее всего, она следует из понимания Оригеном образа и подобия Бога, и вытекающего из этого идеала совершенства. Для Оригена идеал совершенства не связан с телесной природой. Идеалом совершенства для Оригена был гнозис – просвещение ума. Образ Бога Оригеном понимается не как заранее данную субстанциальную особенность человека, а как динамическую устремленность человека к Богу. «В человеке ясно познаются признаки образа Божия – не в чертах тленного тела, но в благоразумии духа, в справедливости, умеренности, в мужестве, мудрости, учении и во всей сумме добродетелей, которые Богу присущи субстанционально, а в человеке могут существовать через труд и подражание Богу»[7]. Однако, здесь Оригену можно заметить на то, что если по его учению победа над смертью не означает ее полного устранения, а лишь нейтрализация ее пагубного влияния, то почему по этой аналогии нельзя делать утверждения относительно плоти? Например, такие: не смотря на то, что в новых условиях исчезнет необходимость во многих функциях нашего тела, отдельные части и органы выполняющие их не исчезнут, но сохраняться, что бы не нарушить Богом установленного совершенства и полноты.

Выдвигая в качестве идеала совершенства девство[8], св. Мефодий отстаивает позицию наиболее характерную для восточно-христианской традиции: ценностная составляющая человеческой природы является наиболее значимой. Таким образом, согласно учению св. Мефодия воскресшие тела не утеряют тех качеств, которыми обладали до смерти. Это не мешает выдвинуть предположение, что в новых условиях появится возможность для актуализации тех качеств, которыми человек обладает лишь потенциально, таких как нетленность, легкость и др. Так восстановится целостность человека как одно из основных свойств духовного тела. Условием для восстановления целостности (девства) является сохранение плоти. Воскресение тела невозможно без воскресения плоти.