ЊЯлова ‘. ‹. „уховный путь воина.

‘туденческие /аспирантские/ статьи, рефераты

ЊЯлова ‘. ‹. „уховный путь воина.
24.05.2003 17:01 | ‚.‚.‚анчугов

’омский государственный университет

”илософский факультет

„уховный путь воина

ЊЯлова ‘. ‹.

‘ловом “воин” можно обозначить не просто представителЯ определенной социальной страты, но и настрой души. Ћднако изначально воины - это сословие, возникшее длЯ того, чтобы защищать культуру. Џотом путь воина претерпевает изменениЯ, свЯзанные с изменениЯми культуры, и все же имеетсЯ некое Ядро, которое сохранЯетсЯ и тогда, когда словом “воин” обозначают человека, не свЯзанного с эмпирическим фактом войны. ђассмотрение духовного пути воина Я начну с греческого героЯ, который ЯвлЯетсЯ первым представителем касты воинов.

‘лово “герой” обозначает существо, которое имеет двойное происхождение, наделЯющее его сверхчеловеческой силой, но не дающее бессмертиЯ. ’акое положение не удовлетворЯет героЯ, и он стремитсЯ заслужить бессмертие, выполнЯЯ волю олимпийцев на земле среди людей, упорЯдочиваЯ жизнь и вносЯ в нее меру, справедливость, законы, т.е. несЯ людЯм от богов культуру. ќто и есть главнаЯ функциЯ героЯ – он создатель человеческой культуры, он медиатор между богами и людьми. Џозднее, когда культура создана, в обЯзанности героЯ начинает входить ее сохранение и защита. „алее термином “герой” обозначаютсЯ не только воины, но и все те, кто внес какой-либо вклад в культуру, менЯ же интересуют, прежде всего, те герои, которые свЯзаны с войной. Џоэтому Я перейду к слову “воин” и к рассмотрению видов культур, которые можно обозначить как религиозные культуры, а также как культуры писцов, т. к. в их основании лежит Љнига религиозного характера, и воины в данной культуре не ЯвлЯютсЯ ведущей и определЯющей стратой. ‚се страты в таких культурах начинают переосмысливатьсЯ через призму религиозного видениЯ, прерогативой на которое обладают писцы, т. к. имеют доступ к Љниге. Љ таким культурам можно отнести индуистскую, христианскую, Японскую культуры.

Џуть индуистского воина подробно изложен в Ѓхагавад-ѓите, котораЯ представлЯет собой диалог между ‚ерховной Ѓожественной ‹ичностью и верным ее бхакти Ђрджуной. Ђрджуна – кшатрий, в его обЯзанности входит правление государством и ведение войны, если таковаЯ имеет место. Ћн задаетсЯ вопросом: сможет ли он наслаждатьсЯ царствованием, если длЯ этого ему сначала требуетсЯ убить своих близких и родных. ќтот вопрос важен длЯ Ђрджуны потому, что он испытывает некоторый диссонанс между долгом, предписанным ему культурой, и долгом перед Ѓогом. Љришна дает разъЯснениЯ на данный вопрос Ђрджуны. ‚о-первых, Љришна напоминает, что первым и главным долгом Ђрджуны ЯвлЯетсЯ служение …му – Љришне, а уж затем идет выполнение долга кшатрии. Љришна призывает Ђрджуну к вере и к самопознанию, последнее должно помочь укреплению веры, т. к. ведет к €стине. €стина же гласит, что тело – это ничто по сравнению с той частью человека, котораЯ божественна и бессмертна. Љришна говорит Ђрджуне, что его не должен огорчать факт смерти его близких, т. к. смерть тела – это не конец, а только один этап в длинной цепи перерождений, которые будут продолжатьсЯ до тех пор, пока не будет очищена карма. „лЯ этого нужно постоЯнно думать о Ѓоге, даже убиваЯ другого. Ќадо совместить долг перед Ѓогом и долг перед культурой. €ндуистскаЯ традициЯ позволЯет сделать это, рассматриваЯ культуру как “лестницу” (не обЯзательно ведущаЯ наверх), предусмотренную самим Ѓогом. —еловек всегда рождаетсЯ в рамках определенной культуры и не может выбирать условиЯ своего существованиЯ, поэтому человеку остаетсЯ либо оправдать существующий порЯдок, либо отказатьсЯ от него. Љаждый должен выполнЯть свой долг, который ЯвлЯетсЯ последствием прошлой жизни.

ѓлавными составлЯющими духовного пути кшатриЯ ЯвлЯютсЯ вера и самопознание. ‚ера дает ориентир, а самопознание должно помочь человеку раскрыть его божественную сущность. ’акже человек, вставший на духовный путь, должен отказатьсЯ от результатов своей деЯтельности, но не от деЯтельности вообще, т. к. любой род деЯтельности в рамках культуры может быть адресован Ѓогу. Џротиворечие между долгом перед культурой и долгом перед Љришной ЯвлЯетсЯ заблуждением человека, который погрЯз в стремлении к материальным благам. „уховность пути, следовательно, определЯетсЯ степенью отказа от материального. Ђрджуна не хочет убивать своих родных из состраданиЯ и заботы о них, и это свидетельствует о том, что он не стремитсЯ извлечь выгоду из выполнениЯ своего долга.

Ћтказ от материального характерен и длЯ христианской трактовки пути воина, который Я хочу проиллюстрировать на примере произведениЯ ќразма ђоттердамского “Ћружие христианского воина”. ‚ своем произведении ќразм ђоттердамский говорит не о светском долге и не о воинской повинности, а о “новой военной службе”, где царь и повелитель – •ристос. ќта служба заключаетсЯ в борьбе с собой, а вернее, с теми соблазнами земными, которые сбивают с пути истинного. Њир, по ќразму ђоттердамскому, - обманщик, а жизнь - постоЯннаЯ война с собственными пороками. ђечь идет о мире материальных благ, о мире, с которым человек свЯзан телом. ‘ телом же свЯзана смертнаЯ часть души, котораЯ находитсЯ в непосредственной близости с частью бессмертной и может ей повредить. ‚ойна против пороков призвана помочь человеку освободить и очистить бессмертную часть души. Ћружием в этой войне ЯвлЯютсЯ молитва и знание (самопознание), вера и разум, также как и в пути кшатриЯ. Ћднако христианством не признаетсЯ идеЯ перерождениЯ. “бийство будет тЯжким грехом длЯ христианина и лишением шансов на спасение другого, тем более, если последний не христианин. ќразм ђоттердамский против эмпирической войны как бессмыслицы, длЯ него важнее спасти другого, убив в нем грешника, даже если это обернетсЯ собственной эмпирической смертью, зато не обернетсЯ адом длЯ обоих, т. е. смертью онтологической. Њожет, именно это обуславливает тот факт, что христианскаЯ трактовка пути воина наиболее духовна. Џо сути, ќразм ђоттердамский говорит исключительно о духовной войне, в которую вступает каждый христианин, а не только тот, кто несет воинскую повинность. ‡а христианскую культуру в ответе каждый верующий во •риста.

Џоследний пример, который Я хочу привести – это путь самураЯ. Џуть Японского воина не похож на два предыдущих, прежде всего, тем, что в нем нет такого разлада между материальным и духовным. Ћбусловлено это рЯдом особенностей, характерных длЯ культуры, в которой феномен самурайства имеет место.

Џревращение бусидо (кодекс самураЯ) в руководство длЯ других представителей Японской культуры происходило медленно и постепенно. Џуть самураЯ состоит из переплетениЯ разных религиозных и философских течений, прежде всего синтоизма, дзэн-буддизма, конфуцианства, даосизма и т. д. Ќапример, синтоизм говорит о божественном происхождении џпонии (Японской культуры) и о доблести ее защитников, также синтоизм дал Японцам веру в божества ками, которые живут везде и во всем. ќти божества существуют и в человеке, поэтому он может стать – или есть – ками, а значит, нет необходимости искать спасениЯ где-то в другом мире, отличном от мира людей. ‚се это будет усилено с приходом дзэн.

„зэн заметно влиЯет на формирование идеалов Японского воина своей проповедью аскетизма, жизни без излишеств, правильному оцениванию своих возможностей, постоЯнного самосовершенствованиЯ и гармонии с окружающим миром. ’аким образом, самурай становитсЯ на духовный путь, конечной целью которого ЯвлЯетсЯ состоЯние сатори, т. е. ощущение в себе великой космической пустоты или присутствиЯ какой-то сверхъестественной силы, котораЯ дает возможность преодолеть вечный разлад между жизнью и смертью, ибо такое состоЯние дает понЯть, что все есть вечно и все есть одно. „остигнуть этого состоЯниЯ можно даже при поединке с противником и при выполнении физических упражнений, которые составлЯют важнейшую часть духовного пути самураЯ.

Ћднако и самураи не избавлены от долга перед культурой. „олг самураЯ в служении своему господину, который ЯвлЯетсЯ носителем культуры. Ќи под каким предлогом самурай не может отказатьсЯ от исполнениЯ долга. Џока культура имеет божественное основание, а культура џпонии таковое имеет, воин призван ее защищать.

’аким образом, религиЯ оберегает и оправдывает существование культуры. „уховный путь воина мало чем отличаетсЯ от духовного пути любого другого представителЯ религиозной культуры, однако он острее ставит вопрос о смерти. ‘тоит ли подвергатьсЯ риску лишитьсЯ жизни из-за какого-то долга перед культурой? ђелигиозное объЯснение доказывает, что стоит, но только в том случае, если культура признаетсЯ происходЯщей от Ѓога, т. е. ЯвлЯетсЯ истинной. Љогда же происходит утрата культурой божественного происхождениЯ, тогда и происходит отказ от нее, утрачиваетсЯ исконное назначение воина как защитника культуры, начинаетсЯ поиск истинной культуры, корни которой уходили бы к Ѓогу. ’акой кризис острее всего переживаетсЯ христианским воином, т. к. религиЯ больше не ЯвлЯетсЯ доминантой культуры и практически не свЯзана с государственными делами. ‘егоднЯ христианский воин – это воин духовный, который своим подвигом скорее считает уход от мирского, особенно сегоднЯ, когда религиЯ не выступает больше доминантой культуры, когда она практически ничем не свЯзана с государственными делами. Ћправдывать войну с религиозной точки зрениЯ было всегда сложно, а еще сложнее это стало делать после опыта ‚торой мировой войны, когда война никак не могла восприниматьсЯ делом защиты культуры, когда она стала угрожать существованию всего человечества. ‘егоднЯ путь воина все менее свЯзываетсЯ с социальным долгом, но все более онтологизируетсЯ философами. ‘видетельствует ли это, что современнаЯ культура стала более духовной? €ли духовный путь воина не может быть обоснован с точки зрениЯ религий, т. к. им более присущ отказ от мирского, и такое обоснование сегоднЯ может дать только философ? Ђ может быть, сегоднЯ преобладают материальные ценности, а духовный воин не может не отказыватьсЯ от них?

‹итература:

Њарру Ђ.-€. €сториЯ воспитаниЯ в античности (ѓрециЯ), Њ.,1998, ‘.7-8.

Њифы народов мира. Њ., Ћлимп, 1997, ’.1, ‘.294-297.

Ѓхагавад-ѓита.

ђоттердамский ќ. ”илософские произведениЯ. Њ., Ќаука, 1997, ‘.90-218.

–ед Ќ. „ух џпонии – дух самураЯ. ‘Џб., Ќева, Њ., Ћ‹ЊЂ-Џђ…‘‘, 2000.

Ћбсудить эту публикацию