”едотов ѓ.‘вЯтые „ревней ђуси. ѓлава 11. Џреподобный €осиф ‚олоцкий

>	”илософиЯ >> ђелигиоведение

“чебнаЯ литература, Ѓиблиотека классики, “чебнаЯ, научнаЯ и специальнаЯ литература

”едотов ѓ.‘вЯтые „ревней ђуси. ѓлава 11. Џреподобный €осиф ‚олоцкий
17.11.2003 20:02 | ђ“„Ќ

ѓлава 11. Џреподобный €осиф ‚олоцкий.

‘еверный монашеский поток, излучаемый обителЯми преп. ‘ергиЯ и Љирилла, дал ђуси большую часть ее свЯтых. Ќесравненно менее богат духовно, но более влиЯтелен исторически оказалсЯ южный поток ’роицкой лавры, покрывший монастырЯми московский край. ‘имонов и ‘пасоЂндроников монастырь на Њоскве, монастыри в ‘ерпухове, ‡венигороде, ѓолутвине, Ѓоровске окружили Њоскву кольцом троицких колоний. ‘еверные пустынножители искали уединенного созерцаниЯ, московские ученики преп. ‘ергиЯ стремились осуществить идеал совершенного общежитиЯ. ‹ишь Љирилл Ѓелозерский, подобно самому ‘ергию, нашел счастливое равновесие этих двух монашеских идеалов.

‘охранение строгого общежитиЯ всегда давалось на ђуси с большим трудом; оно предполагает суровую дисциплину и внимание к букве устава. € то и другое находим в лучших московских монастырЯх. €осий ‚олоцкий, сам обошедший множество обителей, свидетельствует об этом длЯ московского ‘имонова и тверского ‘аввина. €гуменскаЯ строгость была необходимым условием уставной жизни. Ќе даром мы читаем о тверском игумене ‘авве: "овогда жезлом биЯше, овогда и в затвор посылаше; бЯше же жесток егда потреба, и милостив егда подобаше". ЌельзЯ не заметить в игумене этого типа и чисто московские черты: хозЯйственность, практический смысл и большую волю. ќти качества редко уживаютсЯ со свЯтостью. ‚ XV веке мы знаем лишь двух свЯтых этой школы, но им принадлежит будущее: ЏафнутиЯ Ѓоровского и €осифа ‚олоцкого.

Џреп. Џафнутий Ѓоровский (+ 1477) был учеником боровского игумена Ќикиты, ученика преп. ‘ергиЯ, и в свою очередь был учителем €осифа. ’ак и эта генеалогическаЯ линиЯ московских свЯтых восходит к великому радонежскому старцу. Џафнутий основал свой монастырь всего в двух верстах от города, и трудовой, хозЯйственный уклад жизни наиболее бросающаЯсЯ в глаза черта его. ћный €осиф ‘анин, придЯ в боровский его монастырь, застает игумена зарубкой дров в лесу, а сказание о кончине ЏафнутиЯ, составленное любимым учеником его €ннокентием, начинаетсЯ с того, как старец позвал его к пруду, на прорванную плотину, и "начат мЯ учити, как заградити путь воде". Ђскеза преп. ЏафнутиЯ не отличаетсЯ чрезмерной суровостью, но он строг в соблюдении устава, особенно церковного правила и благочестиЯ. “ченикам своим он внушает благоговейный страх. ‚ дни его предсмертной болезни они с робостью приближаютсЯ к нему, и он отвечает суровым словом или молчанием на их вопросы. …го чудеса имеют почти все карательный смысл. Ќо раза два в житии отмечаетсЯ его улыбка, смЯгчающаЯ строгость его бесед. Ѓлюститель канонов, Џафнутий не желает признавать митр. €ону, избранного без утверждениЯ греческого патриарха, за что подвергаетсЯ строгому наказанию. Џафнутий суров и к мирЯнам, перед смертью отказываетсЯ принимать и письма и дары кнЯзей и боЯр. Ќо он внушает им такое уважение, что дары щедро текут в его обитель. Џочитание его в великокнЯжеском доме сделало его как бы фамильным свЯтым московских кнЯзей. €ван ѓрозный считалсЯ рожденным по молитвам свЯтого ЏафнутиЯ и сам называлимЯпреподобного в рЯду величайших московских свЯтых ‘ергиЯ и Љирилла. ‘ам Џафнутий любит московский кнЯжеский дом, хранит в памЯти преданиЯ о московской старине, о добродетелЯх Љалиты и делитсЯ ими в кругу своих учеников. Џортрет €осифа ‚олоцкого уже намечен здесь в основных чертах.

†изнь €осифа ‚олоцкого известна нам лучше, нежели любого из русских свЯтых. “ченики составили три обширных его житиЯ: ‘авва —ерный, аноним и племЯнник его „осифей ’опорков (автор похвального слова). …го собственные многочисленные произведениЯ помогают нам дорисовать его духовный облик.

€осиф (14391515) был преемником преп. ЏафнутиЯ во игуменстве. „вадцати лет от роду он пришел в Ѓоровск, где старец Џафнутий взЯл его к себе в келью и воспитал в своей суровой школе "послушаниЯ без рассуждениЯ". ‚прочем, это было как раз то, чего €осиф искал с детства. €ван ‘анин (его мирское имЯ), из волоколамских дворЯн, как бы по крови был предназначен к иночеству. ‚ роду его известно 18 монашеских имен и только одно мирское. ‚ семь лет выучив псалтирь, а в восемь научившись читать "все божественные книги", мальчик стЯ.л чтецом и певцом в церкви. ‘о сверстником своим Ѓорисом Љутузовым он задумал бежать из мира. "Њаловременное и скоротекущее житие" не стоило в его глазах того грозного "воздаЯниЯ", которое ожидает каждого по исходе души. ђодители не противились. €ван идет сначала в ’верской ‘аввин монастырь, куда его привлекает слава старца ‚арсонофиЯ ЌеумоЯ. •арактерно, что он заранее дает завет ни в чем не преступать велений избранного им старца. Ќо что сразу испугало целомудренного юношу в монастыре, это сквернословие в трапезной, где обедали мирЯне. €ван побежал из трапезной не евши: "ненавидел он сквернословие и кощунство и смех безчинный от младых ногтей". ‘тарец Џафнутий понЯл смущение юноши: "неудобно тебе в здешних монастырЯх жити", и направил его в Ѓоровск к игумену Џафнутию.

Џафнутий настолько оценил духовную зрелость €осифа, "крепкий и непоколебимый ум" его, что разрешил ему взЯть в свою келью старого и больного отца, постригшегосЯ тут же. €осиф ходил за отцом 15 лет до его кончины. Њать его постриглась в ‚олоколамске. “мираЯ, Џафнутий избрал €осифа своим преемником, и великий кнЯзь €ван ‚асильевич, которому вручил свой монастырь €осиф, утвердил его выбор (1477 г.).

Ћднако новый игумен вскоре разошелсЯ с братией. Џри всей строгости ЏафнутиЯ, в его монастыре не было полного общежитиЯ. Ѓорьба с собственностью на ђуси была труднее, чем с грехами плоти. €осиф открыл братии свой помысл устроить "единство и всем общее во всем", но не встретил сочувствиЯ. Ќа его сторону стали только семь старцев, в том числе двое из его кровных братьев. Ќа тайном совете было решено, чтобы €осифу ходить по всем русским монастырЯм и "избипЯти от них Яже на пользу". €осиф выбрал своим старцем ѓерасима —ерного, и ходил с ним, скрываЯ игуменский сан, "Яко невеглас простой", работаЯ в монастырЯх "на черных службах". ‘ильное впечатление на него произвел Љириллов, и только он один "не словом общий, а делы". Џомимо строгого общежитиЯ, его поразила благоговейнаЯ чинность в церкви и трапезной: "Љийждо стоЯще на своем месте, и на ино место не сме преступити". ‚ знакомом ‘аввином монастыре с €осифом чуть было не приключилась беда. ‡а всенощной здесь разошлись клирошане во времЯ чтениЯ, "Якоже им обычно прохладитисЯ". Ќекому было читать, и игумен не мог сказать ни слова от стыда. ѓерасим принуждает €осифа взЯть книгу и читать и на по складам, как он хотел сначала, а во всю меру своего искусства. "Ѓе же у €осифа в Языце чистота и в очех быстрость, и в гласе сладость и в чтении умиление: никто бо в те времена нигде таков ЯвисЯ". €гумен, изумленный чтением €осифа, послал сказать великому кнЯзю ’верскому, чтобы не велел выпускать из отчины своей такого "досужа". …два "скоротеком" странники успели бежать за рубеж.

‚ Ѓоровске монахи искали €осифа повсюду и просили даже нового игумена у московского кнЯзЯ, считаЯ его убитым. Ќеожиданно €осиф возвращаетсЯ к общей радости, но не надолго. Ћн не оставил свой помысл, и сердце его "горит огнем ‘в. „уха". ‘обрав своих советников, он снова втайне покидает боровский монастырь, и на этот раз окончательно. Ћн идет на свою родину, в волоколамские леса не ради пустынножительства, а длЯ основаниЯ новой, идеальной, давно задуманной им киновии. ЉнЯзь Ѓорис ‚асильевич ‚олоцкий, родной брат €вана III Њосковского, с радостью принимает уже известного ему игумена и дает ему землю под монастырь в 20 верстах от ‚олоколамска. Џри постройке первой деревЯнной церкви сам кнЯзь и боЯре носЯт бревна на своих плечах. Љонечно, церковь эта, как и в Ѓоровске, освЯщена во имЯ “спениЯ Ѓожией Њатери (1479). —ерез семь лет на месте ее уже закончен каменный великолепный храм, расписанный "хитрыми живописцами", знаменитым „ионисием и его учениками. –ерковь эта обошлась в 1000 рублей сумма огромнаЯ по тому времени: каменный храм в Љирилловом в то времЯ строилсЯ за 200 рублей ќто одно уже говорит о большом богатстве новой обители. ЉнЯзь ‚олоцкий дал первое село ему уже в год основаниЯ, и с тех пор денежные и земельные вклады не переставали притекать в монастырь. ‘реди постриженников его с самого начала видим много боЯр. •отЯ упоминаютсЯ и люди от "простой чади", но, в общем, монастырь €осифа, как ни один другой на ђуси, сразу же принЯл аристократический характер.

ЃоЯрский состав "большей братии" €осифа при нем не снижал аскетической строгости общей жизни: игумен умел вести за собой и дисциплиной устава и своим покаЯнным горением. ‹ичную меру своей строгости €осиф дал в отношении к матери, отказавшись по типу классической аскетики видеть ее, когда она пришла навестить его в обители. ‚ остальном, замечательно, что его личнаЯ свЯтость растворЯетсЯ в подвигах избранного им духовного воинства, учитель в учениках. Ћ них идет речь во множественном числе. "Њолитва €исусова беспрестани из уст исходЯще и к всЯкому пению к началу спешаше" "‘ами себе мучаще •ристовы страдальцы, в нощи и на молитве стоЯще, а во дни на дело спешаще". Љакое могло быть среди них празднословие, продолжает ‘авва —ерный, когда они никогда не смотрели друг другу в лицо, "слезы же от очию их исхождашЯ... час смертный имеЯй на всЯк час"..."‚си в лычных обущах и в плаченных (заплатанных) ризах, аще от вельмож кто, от кнЯзей или от боЯр"...ќто равенство уставной жизни нарушаетсЯ в келейном правиле и в особых, избранных подвигах, но с благословениЯ игумена: "ов пансырь ношаше на нагом теле под свиткою, а ин железа тЯжкы и поклоны кладущи, ов 1000, ин 2000, ин 3000, а ин седЯ сна вкушаЯ". ‚ холодной церкви, в зимнюю стужу мерзли без шуб, вспоминаЯ "несогреемый тартар". ‘лабые сбегали из монастырЯ: "жестоко есть сие житие; и в нынешнем роде кто может таковаЯ понести?". Ќо оставшиесЯ спаЯлись в крепкую дружину, и долго после смерчи €осифа продолжали свои подаю и, пзмчть о которых отлагалась в своеобразной волоколамской литературе, составлЯющей настоЯщий ‚олоколамский патерик, единственный настоЯщий патерик северной ђуси.

Џреподобный €осиф должен был подавать пример в аскетическом делании: по крайней мере, о "худых и плаченых" рЯсках игумена нам рассказывают житиЯ. Ќо современники рисуют €осифа не изможденным постником, а совершенным представителем русского идеала красоты: лицом "уподобисЯ древнему €осифу" ("Џрекрасному"), с темнорусыми волосами, с округленной, не слишком длинной бородой. –ветущаЯ красота его была в соответствии с его вкусом к благолепию, к внешней, бытовой красоте, особенно к красоте церковной. ќстетика быта и обрЯда прекрасно уживаютсЯ у €осифа с практическим умом, с зоркостью к окружающему, с большим талантом хозЯина и строителЯ. Ћн не только принимает пожертвованиЯ, но умеет и заставить их притекать в монастырь, то как плату за помин души, то как вклады знатных постриженников или предсмертные завещаниЯ. „лЯ чего ему было это богатство? ‘ам €осиф объЯснЯет это в послании к кнЯгине: "Ќадобно церковные вещи строити, св. иконы и св. сосуды и книги, и ризы, и братство кормити... и нищим и странным и мимоходЯщим давати и кормити". Ќа все это в год идет, по его расчету, рублей 150 (в другой раз он пишет 300), "опричь хлеба". ‡а то во времЯ голода €осиф широко отворЯет житницы монастырЯ' кормит в день до 700 человек, до 50 детей, брошенных родителЯми, собирает в устроенный им приют. Љогда нет хлеба, приказывает покупать, нет денег занимать и "рукописи давати", "дабы никто не сшел с монастырЯ не Ядши". Њонахи ропщут: "Ќас переморит, а их не прекормит". Ќо €осиф уговаривает их потерпеть, и не даром: великий кнЯзь "учреждает" (угощает) изголодавшуюсЯ братию.

Ќе только голод пробуждает благотворительную деЯтельность €осифа. „лЯ окрестного населениЯ монастырь его всегда ЯвлЯлсЯ источником хозЯйственной помощи. Џропадет ли у крестьЯнина коса или другое орудие, украдут ли лошадь или корову, он идет к "отцу" и получает от него "цену их". ’огда "мнози тЯжарие (крестьЯне) стогы свои участиша и умножиша жита себе". „о нас дошло письмо €осифа одному боЯрину "о миловании рабов". Ћн слышал о том, что его рабы "гладом тают и наготою стражют", и убеждает его заботитьсЯ о подвластных, хотЯ бы в собственных интересах. Љак обнищавший пахарь даст дань? Љак сокрушенный нищетою будет кормить семью свою? “гроза ‘трашным ‘удом Ѓожиим, где "сицевые властители имуть мучимы быти в веки" подкреплЯет силу его назиданиЯ. ‚ письме к „митровскому кнЯзю во времЯ голода €осиф требует, чтобы кнЯзь установил обЯзательную цену на хлеб: только этим можно помочь общей беде. Ќеудивительно, если один из его биографов конечно, с некоторым преувеличением пишет, что благодарЯ ему, "всЯ тогда ‚олоцкаЯ страна к доброй жизни прелагашесЯ".

‚ основе этой социальной тревоги лежит все та же забота о единой человеческой душе "ее же весь мир не стоит". Њысль о душе скупого богача или собственной братии выступает рельефнее, чем сострадание к беднЯку. Ќе из состраданиЯ, а из христианского долга проистекает общественное служение €осифа.

Ѓогатые драгоценными бытовыми чертами, житиЯ преп. €осифа скудны в одном: они молчат о внутренней, духовной жизни. ‚нешние аскетические подвиги и широкаЯ деЯтельность занимают то место, которое у преп. Ќила посвЯщено умной молитве. •арактерно одно видение, которое сообщает в своем житии ‘авва, вообще не знающий прижизненных чудес €осифа. €нок ‚иссарион, чистый простец, бывший в некотором пренебрежении у братии, видит голубЯ на плащанице, несомой €осифом. ќтот голубь самому €осифу вселЯет надежду, что "не оставит Ѓог места сего". ’ак огненные Языки преп. ‘ергиЯ оплотневают в белого голубЯ, откровение тайн и спокойную надежду.

Њожно искать признаний самого €осифа об избранном им духовном пути в его посланиЯх и особенно в его обширном “ставе, именуемом „уховной грамотой. ‡десь найдем подтверждение житийных впечатлений.

€з четырнадцати глав этого обширного “става девЯть первых исчерпывают его материальное содержание. ‚се они посвЯщены внешнему монастырскому быту и благочинию: о соборной молитве, о трапезном благоговеинстве, о небеседованни по павечернице, о неисхождении из монастырЯ, о службах (работах), о запрещении крепких питий, о невхождении женщин, тоже отрочат. ќти девЯть правил даны в 4 редакциЯх: полной, краткой, длЯ специального применениЯ "преимущей" братии, и в виде краткого дисциплинарного кодекса "запрещений". €осиф не устает входить в подробности, и в подкрепление щедро рассыпает цитаты и примеры из свЯтых отцов и житий: об "опасном" (осторожном) трезвении, о важности самых мелких погрешений и о "страшном и немилостивом" суде, ожидающем нерадивых. "„уши наши положим о единой черте заповедей Ѓожьих". €осиф составлЯет свой “став, приближаЯсь к смерти. "‘его ради боюсЯ и трепещу" . . . "Њню убо, Яко и велиции светильницы и духоноснии отци и ниже свЯтии мученицы страшный час смерти без истЯзаниЯ проидоша бесовских мытарств". ’ак как настоЯтель должен дать ответ за общие согрешениЯ, и та же обЯзанность блюдениЯ душ ложитсЯ на всех, особенно же на "больших" и "преимущих", то €осиф наставлЯет на долге строгости к грешнику, освобождаЯ по отношению к нему от смирениЯ и не осуждениЯ. "Ќе можно единому настоЯтелю сего управити"... "‚ас да боитсЯ паче согрешивый, неже настоЯтелЯ... Ќужа есть отмщати, да не с ним приимем гнев Ѓожий".

Ћднако эта господствующаЯ надо всем идеЯ страха не делает ‚олоколамский устав особенно суровым. € наказаниЯ не отличаютсЯ жестокостью: 50100 поклонов, сухоЯдение, в крайних случаЯх "железные узы": требованиЯ, предъЯвлЯемые €осифом к братии, не чрезмерны. Џо всему видно, что длЯ €осифа важна не суровость аскезы, а строгость в соблюдении не слишком трудного правила. Ћн сам убежден в нетрудности уставной жизни: "ЉаЯ беда еже не исходити вне монастырЯ без благословениЯ? €ли каЯ скорбь по павечернице не глаголати? …да не довлеет весь день глаголати?". ‹ишь совершенный запрет питий, "от них же пьЯнство бывает", и доступа в ограду монастырЯ женщин и "голоусых отроков" отличает волоколамский быт от обычных русских монастырей. Ћсобенно удивительно, что при всем своем стремлении к совершенному общежитию, повторЯЯ сам многократно, что "пища и питие всем равна", €осиф создает в своем монастыре три категории монахов "три устроениЯ" по степенЯм добровольно взЯтой аскезы. ќти категории отличаютсЯ в трапезной количеством блюд, в остальном количеством и качеством одеЯний. ђассудительный наставник считаетсЯ с различием естественных сил (и небесных наград). Џрактический игумен привлекает в монастырь и нужных ему старцев, приказчиков, администраторов обширного хозЯйства, и особенно ценный длЯ него приток из боЯрства, где лишь немногие способны разделить его собственные труды и подвиги.

Ќекоторые указаниЯ о духовной жизни дает перваЯ глава “става о "соборной", т. е. церковной молитве. € здесь главное страх Ѓожий. ‘равнениЯ с царем и придворным бытом царского дворца повторЯютсЯ постоЯнно. ѓлавное внимание обращено на внешний порЯдок в церкви: "всЯ благообразно и по чину да бывают". €осиф знает, что необходимо "не точию телесное благообразие показати, но и ум весь собрати с сердечным чувством", но он указывает к этому единственный путь: от внешнего к внутреннему: "Џрежде о телесном благообразии и благочинии попечемсЯ, потом же и о внутреннем хранении". •арактерно ударение, падающее на собранность и твердость и на взаимную зависимость телесного и духовного напрЯжениЯ: "‘тисни свои руце, и соедини свои нозе, и очи смежи и ум собери". ‚ этом всЯ духовнаЯ школа иосифлЯнства.

‚нутреннЯЯ собранность и основное чувство страха у €осифа умерЯютсЯ и его жизненной практичностью и своеобразной эстетикой быта. ‚от почему строгаЯ этика его выражаетсЯ не столько в форме аскезы, сколько употреблЯЯ современное слово "бытового исповедничества". Џо отношению к мирЯнам она еще смЯгчаетсЯ и получает стиль какойто московской "калокагафии"[1]. ‚от как он наставлЯет в "Џросветителе": "‘тупание имей кротко, глас умерен, слово благочинно, пищу и питие немЯтежно, потребне зри, потребне глаголи, будь в ответах сладок, не излишествуй беседою, да будет беседование твое в светле лице, да даст веселие беседующим тебе".

Џри исключительных дарованиЯх, учености и воле преп. €осифа, он не мог замкнутьсЯ в круг своего монастырЯ. Ћн принимал энергичное участие во всех вопросах, волновавших его богатое событиЯми времЯ. Ћн более, чем ктолибо, наложил отпечаток на стиль двухвекового московского царства и московской религиозности. ‚се его общественные и церковные выступлениЯ вытекают логически из его собственного духовного направлениЯ. ‘оциальнаЯ работа монастырЯ расширЯлась в широкое национальное служение. ѓорЯчий патриот русской земли и ее национальных свЯтынь, €осиф содействовал развитию политического сознаниЯ московского кнЯзЯ в царЯ православного: "–арь естеством подобен всем человеком, властью же подобен высшему Ѓогу". ‚ самодержавин находила удовлетворение его потребность социальной дисциплины и богоответственной власти. ‚ церковных делах его времени слово €осифа было решающим. ќто он на соборе 1503 года отстоЯл против старцев Ќила и ЏаисиЯ неприкосновенность монастырского землевладениЯ. ‚ течении 30 лет он писал и действовал против еретиков "жидовствуюших" и их заступников. ‚ызванный на борьбу с ними архиепископом новгородским ѓеннадием, €осиф пишет посланиЯ епископам, убеждаЯ их подвигнутьсЯ на защиту православиЯ, составлЯет обширный труд из шестнадцати "слов" против ереси, объединенных под именем "ЏросветитилЯ". ‚ последние годы €вана III он лично убеждает государЯ, не склонного к крутым и жестоким мерам по отношению к еретикам. ’очка зрениЯ €осифа весьма радикальна. –арЯм подобает еретиков и в заточение посылать и казнЯм лютым предавать. "ѓрешника и еретика руками убити или молитвою едино есть". ЌельзЯ верить их покаЯнию: пожизненное отлучение от церкви и заточение в темницу вот участь раскаЯвшегосЯ еретика. Џо свидетельству житиЯ €осифова, эта суровость вооружила против него владык и старцев. ЏосланиЯ заволжских пустынников показывают, что на ђуси еще сильны были заветы христианского милосердиЯ. Ќо €осиф имел удовлетворение видеть, что его настоЯниЯ победили религиозные сомнениЯ самодержцев в самой Њоскве: особенно при ‚асилии III, который повелел "овым Языки резати, иных огню предати". Ћднако такаЯ победа над еретиками была началом мучительного раскола в религиозном сознании самого православного общества.

‘уровый к еретикам, €осиф проЯвлЯл суровость и к другим своим врагам. ‚ числе их было двое свЯтых: преп. Ќил ‘орский и арх. ‘ерапион. Ћтлучивший €осифа за каноническое правонарушение, свЯтитель ‘ерапион был за это извергнут из сана на московском соборе и сослан в ’роице ‘ергиев монастырь. ‘овесть многих друзей €осифа была смущена. €осифа принуждали просить прощениЯ у бывшего архипастырЯ. Ќе чувствуЯ себЯ виноватым, он отказывалсЯ. ‚ своих посланиЯх он дает чрезвычайно резкую характеристику опального свЯтителЯ. Ђвтор †итиЯ его пишет о их примирении; автор житиЯ ‘ерапиона говорит лишь о том, что свЯтитель заочно простил €осифа. ‚ этом столкновении свЯтых Њосква и Ќовгопол сводили свои последние политические счеты. ‚ борьбе с Ќилом ‘орским и его учениками, €осиф сам не желаЯ того разрушал традиции преп. ‘ергиЯ, ставшие стеснительными длЯ религиозного одеЯниЯ пышного московского царства.

[1] ЉалокагафиЯ (точнее, калогатиЯ) в древнегреческой философии гармониЯ внешних и внутренних качеств как идеал воспитаниЯ человека.

Џерейти в оглавление

Ћбсудить эту публикацию